?

Log in

No account? Create an account

Председатель регионального отделения Партии прогресса Полина Костылева и гражданский активист Фёдор Горожанко создали специальный сайт, на котором идёт сбор подписей против передачи собора.

«Исаакиевский собор — один из крупнейших музеев России, гордость страны и её достояние. Исаакий возводился за счет Российского государства, содержался, восстанавливался и оберегался лучшими специалистами — архитекторами, историками, художниками и реставраторами. Собор никогда за всю свою историю не принадлежал Церкви», — отмечается на сайте.

Активисты призывают россиян подписаться под петицией, подчёркивая, что собор принадлежит городу, а временно возглавляющего Петербург чиновник не вправе принимать подобные решение от имени всех местных жителей.

Кампания по сбору подписей идёт и на портале change.org. Петиция была создана ещё год назад, когда появилась эта инициатива. Под ней поставили подписи свыше 96 тысяч человек.

____________________________

Реакция блогосферы

rurik_l:

Моя позиция выражена в двух комментариях к новости:

«Сколько мелких бесов набежало... И так всегда: как только государство что-то вернёт Церкви — сплошной гвалт со всех сторон! А по поводу большевицких „конфискаций“ и „изъятий“, арестов и расстрелов священства после октября 1917 г. — молчок. Вернут Исаакий — и слава Богу! Значит, не все ещё русские люди в „совков“ превратились!»

«Так вы, картавые, уже раз его отобрали после 1917 года. Храм построили для того, чтобы там люди молились, а не туристы болтались... Всё вам неймётся ...»

Но таких комментариев очень мало... Что происходит с народом? Опять прельстились? Не будет подлинного единства русского народа без основательной работы над ошибками, без четкого анализа нашей истории.

Источник

____________________________

pan_terra28:

У меня в связи с этой дикой истории один вопрос. В ру-абандон, например, полно фото заброшенных, разрушенных церквей, которые, пардон , на хрен не нуджны гундяеву и рпц. Церкви многие древние, уникальные, прекрасные — и доживают последние дни.

А Исаакий, конечно, нужен еще как!

Дорого, бохато, знаменито. В Москве у нас ХСС, в Питере понадобился Исаакий

Совсем уже обнаглели

Источник

____________________________

alexey43:

На вопрос о том, на каком основании Георгий Полтавченко принял решение о передаче собора РПЦ и подавала ли церковь соответствующую заявку, он пообещал ответить в ближайшее время, заметив, что у губернатора «есть договоренности с патриархией и с патриархом».

http://kommersant.ru/doc/3188098

Ой-вэй. Исаакия Далматского стыдно. У какого-то губернатора есть договорённость о передаче его дома кому-то. Пацан решил — пацан сделал. Святой — в нагрузку. Скоро по фене будут законы писать?

Смех смехом, но в сотый год Революции, какой-то Полтавченко запустил реституцию «по понятиям». За Патриарха стыдно. Получил Собор, как «эскадрон принял».

Источник

____________________________

bloha_v_svitere:

Как известно, эта проблема возникла после подписания в 2010 году Медведевым (работавшим тогда президентом) закона «О передаче религиозным организациям имущества религиозного назначения, находящегося в государственной или муниципальной собственности».

Да, у нас возрождение, исправление ошибок прошлого. Но в 1917 году только церкви экспроприировали? Почему же наш президент не исправил тут же и вторую глобальную несправедливость — не издал закон «О передаче потомкам собственников, пострадавших от национализации, их имущества, находящегося в государственной или муниципальной собственности»? Круто было бы, да? Дворец Юсуповых — его потомкам (они имеются), до кучи им же и Шереметевский дворец (дочь Феликса Юсупова вышла замуж за графа Шереметева), кстати, и Аничков дворец можно им отдать (Феликс Юсупов был женат на Ирине Александровне, внучке императрицы Марии Федоровны, которая была прописана в Аничковом дворце). Путиловский завод вернуть! Елисеевым — магазины! Потомкам купца Ипатьева — землю, где находился их особняк в Екатеринбурге... А заодно и пересмотреть итоги приватизации, которая проводилась в 1990-е годы. «Неееетушки, вы что, с ума сошли с вашими предложениями?! — ответят мне. — Это же такой передел начнется, что лучше его и не начинать». Так ведь уже начали — именно этим законом 2010 года.

Так и хочется сказать устами Жоржа Милославского: «Да ты что, сукин сын, самозванец, казенные земли разбазариваешь?! Так никаких волостей не напасешься!»

Источник

____________________________

История создания и строительства Исаакиевского собора

Несоответствие Исаакиевского собора парадному облику центральной части Петербурга вызвало необходимость уже в 1809 году объявить конкурс на возведение нового храма. В нём приняли участие известные зодчие Андрей Никифорович Воронихин, Андреян Дмитриевич Захаров, Василий Петрович Стасов, Чарлз Камерон, Жан-Франсуа Тома́ де Томон, Джа́комо Доме́нико Кваренги и многие другие. Основное условие конкурса — требование Александра Первого сохранить в новом храме алтари предшествующего.

Программу конкурса, утверждённую Александром I, составил президент Академии художеств А. С. Строганов. В ней говорилось:

"Изыскать средство к украшению храма… не закрывая… богатой мраморной его одежды… приискать форму купола, могущую придать величие и красоту столь знаменитому зданию… придумать способ к украшению площади, к сему храму принадлежащей, приведя окружность оной в надлежащую правильность".

Император считал, что полностью сносить собор было бы оскорбительным для памяти основателей. Однако, прекрасно понимая, что компоновка в одном сооружении новых и старых частей неизбежно приведёт к неравномерной осадке здания и вызовет его разрушение, все участники конкурса предлагали полностью снести старый собор, поэтому император ни один из конкурсных проектов так и не не одобрил. Проекты были разные и собор мог быть совсем не таким каким мы его привыкли видеть.

Еще один проект Ринальди. Выглядит достаточно непропорционально.

В 1813 году, в разгар войны с Наполеоном Бонапартом, в Петербурге была предпринята еще одна попытка перестроить Исаакиевский собор. По тем же причинам, что и в предыдущий раз, конкурс проектов завершился безрезультатно. Разочаровавшись в своей затее, Александр Первый решил больше не проводить конкурсы. Но от идеи переделать Исаакиевский собор не отказался.

В 1816-м году был создан Комитет по делам строений и гидравлических работ, призванный превратить Петербург в парадный представительный город. Возглавил его талантливый инженер, испанец на русской службе, Агустин Бетанкур (на фото слева).

В Комитет вошли архитекторы Карл Иванович Росси, Антон Антонович Модюи, Андрей Алексеевич Михайлов, инженеры Пётр Петрович Базен, Морис Гугович Дестрем и другие. Император дал распоряжение Бетанкуру подготовить предложения по перестройке Исаакиевского собора и подобрать для этого архитектора. Выбор пал на только что приехавшего в Россию из Франции Огюста Монферрана.

Монферран трудился над проектом в течение всего 1817-го года и представил 24 эскизных проекта Исаакиевского собора в различных стилях. Как и другим, его работу чрезвычайно затрудняла обязательность сохранения трёх уже освящённых алтарей старого собора.

Монферран предполагал значительно увеличить размеры барабана центрального купола, оставив для его опор два старых и построив два новых пилона. Это решение было непрофессиональным. Неравномерная осадка пилонов ослабляла конструкцию здания, соединение его старых и новых частей и фундаментов редко приводило к положительным результатам. Тем не менее, 20-го февраля 1818-го года Александр Первый утвердил проект и назначил его автора придворным архитектором.

Билет № 636 на свободное проживание в Петербурге, выданный Монферрану в январе 1817 г.

В 1820-м году Монферран издал альбом с 21-й гравированной таблицей, где изображались планы, фасады, эскизы будущего храма в сравнении с проектами Ринальди и Бренны. Девиз на титульном листе «Non omnis moriar» (лат. «не весь умру») сопровождал архитектора всю его жизнь. Но автору альбома вскоре пришлось пожалеть о сделанном.

Обнародованные планы вызвали обвинения коллег в техническом несовершенстве проекта. Наиболее серьёзные упреки в профессиональной неопытности и авантюризме высказал придворный архитектор Модюи, который представил в Совет Академии художеств докладную записку о несостоятельности Монферрана как архитектора.

Критики выражали сомнение в том, что фундамент будет достаточно прочен для нового собора, что удастся преодолеть сложности связи старых и новых частей здания, отмечали неправильное проектирование главного купола. Помимо замечаний по существу, Модюи допустил выпады личного характера, что, по мнению посла Франции в России графа де ла Ферроне, было вызвано, скорее всего, завистью к успехам соотечественника. Специально созданный Комитет Академии художеств рассмотрел в 1821-м году возражения Модюи и сообщил князю Александру Николаевичу Голицыну о невозможности перестройки Исаакиевского собора без переработки проекта Монферрана.

По распоряжению императора члены Комитета три месяца прорабатывали в эскизах свои предложения. В этом приняли участие Стасов, Михайлов Второй, Мельников и Михайлов Первый. Согласившись с мнением опытных зодчих, Монферран выражает желание участвовать в «исправлении» собственного проекта. Он понимает, что его вариант нуждается в серьёзной доработке. Внимательно изучив предложения, поправки и замечания членов Комитета, Монферран представил новый, более совершенный замысел, в котором предложил собственные решения принципиальных вопросов. Так, в его новом проекте собор становится более компактным и завершённым. Главный купол занимает доминирующее положение, а правильно найденные пропорции портиков уравновешивают объем здания. Барабан купола установлен на четырех новых опорах, внутреннее пространство храма расширено. В марте 1825-го года проект получил Высочайшее одобрение. Таким образом, Монферран отстоял своё право быть автором одного из крупнейших купольных сооружений Мира.

Колокол, созывающий рабочих на работу. Литография Байо по рисунку Монферрана. 1845 г. Групповой портрет рабочих-строителей. Литография Байо по рисунку Монферрана. 1836 г.

В строительстве Исаакиевского собора принимали участие архитекторы Александр Павлович Брюллов (брат Карла Павловича Брюллова) и Николай Ефимович Ефимов, Андрей Иванович Штакеншнейдер, Александр Иванович Кракау, Ипполит Антонович Монигетти и другие, для которых работа под руководством Монферрана стала школой подлинного архитектурно-строительного искусства.

Разборке подлежали колокольня, алтарные выступы и западная стена ринальдиевского собора, а южная и северная стены сохранялись. Собор увеличивался в длину, а его ширина оставалась прежней и здание в плане приобрело прямоугольную форму. Высота сводов тоже не изменялась. С северной и южной сторон предполагалось возвести колонные портики. Собор должны были венчать один большой купол и четыре малых по углам.

Фрагмент разобранного Исаакиевского собора. Литография по рисунку Монферрана. 1845 г.

Работы по сооружению фундамента начались ещё в 1818 году, по первому проекту Монферрана. Он поставил перед собой сложную задачу соединить старый и новый фундаменты. В этом принимал деятельное участие инженер А. Бетанкур.

Этот пост рассказывает о подвалах Исаакиевского собора

Под фундамент Исаакиевского собора вырывались глубокие траншеи, из которых выкачивалась вода. Затем в грунт вертикально вбивали просмоленные сосновые сваи диаметром 26—28 сантиметров и длиной 6,5 метра. Расстояние между сваями в точности соответствовало их диаметру. Сваи забивались в землю тяжёлыми чугунными бабами с помощью воротов, приводимых в движение лошадьми. По каждой свае делали десять ударов. Если после этого свая не входила в землю, то её с разрешения смотрителя обрезали. После этого все траншеи были соединены между собой и залиты водой.

Когда вода замёрзла, сваи были спилены под один уровень, рассчитанный от поверхности льда. Всего под фундамент было забито 10 762 сваи.

Барак для рабочих и хозяйственные постройки на строительной площадке Исаакиевского собора. Литография Бенуа по рисунку Монферрана. 1845 г.

Монферран применил сплошную кладку, так как считал, что «для фундаментов крупных зданий сплошная кладка предпочтительнее любого другого вида его выполнения, особенно… если здание строится на плоском и болотистом грунте…»

В общей сложности только сооружение фундамента заняло около пяти лет. В этой работе было задействовано 125 тысяч каменщиков, плотников, кузнецов и рабочих других профессий.

Вырубка гранитных монолитов для колонн собора велась в каменоломне Пютерлакс недалеко от Выборга. Эти земли принадлежали помещице фон Экспарре.

Преимуществом именно этого места для каменоломни было большой запас гранита, близость Финского залива с глубоким фарватером и почтового тракта. Вот что отметил в своём дневнике Монферран, впервые посетив каменоломню: «Удивление, которое мы испытывали, когда увидели… гранитные скалы, было, конечно, велико, но оно сменилось прямо восхищением, когда позже мы любовались в первом карьере семью необработанными ещё колоннами…»

Выгрузка и перекатывание колонны на Адмиралтейской набережной. Тонированная литография А. Кювилье и В. Адама по рисунку О. Монферрана. 1845 г.

Работами на каменоломне руководил подрядчик Самсон Суханов, который также участвовал в работах по созданию Ростральных колонн и Казанского собора. Затем колонны поднимали... все вручную, подъемных кранов не было.

Установка колонн малых куполов собора. Литография Ф. Бенуа по рисунку О. Монферрана, 1845 г.

Для подъёма колонн были построены специальные леса, состоящие из трёх высоких пролётов, образованных четырьмя рядами вертикальных стоек, перекрытых балками. В стороне были установлены 16 чугунных во́ротов-кабестанов, на каждом из которых работало по восемь человек. Колонну обшивали войлоком и циновками, обвязывали корабельными канатами и вкатывали в один из пролётов лесов, а концы канатов через систему блоков закрепляли на кабестанах. Рабочие, вращая во́роты, приводили монолит в вертикальное положение.

Установка одной 17-метровой колонны весом 114 тонн занимала около 45 минут. Монферран в своих записях отмечал, «что деревянная конструкция лесов… столь совершенна, что при всех сорока восьми установках колонн ни разу не было слышно даже простого скрипа».

Первая колонна была установлена 20 марта 1828 года в присутствии царской семьи, иностранных гостей, многих архитекторов, специально приехавших для этого торжества, и простых горожан, заполнивших собой площадь и крыши окрестных домов. Под основание колонны была заложена платиновая медаль с изображением Александра I.

Как вам эти гиганты? А ведь 24 колонны подняли на уровень смотровой площадки, а немного меньшие до уровня балюстрады!

Затем началась постройка опорных пилонов и стен собора. Тут применялась кладка из кирпичей, скреплённых известковым раствором. Для бо́льшей прочности применяли гранитные прокладки и металлические связи различного профиля. Толщина стен составляла от 2.5 до 5 метров. Толщина наружной мраморной облицовки составляла 50—60 см, внутренней — 15—20 см.

В 1836 году возведение стен и пилонов было завершено и началось сооружение перекрытий и приступили к куполу.

Монферран использовал идею устройства купола лондонского собора св. Павла. Не все знают, что под внешним куполом, как в матрешке находится еще ТРИ купола.

Прогулка между куполами

Для облегчения конструкции внутренние купола изготовлены из глиняных"горшков" с заливкой промежутков между ними цемянкой из извести с расщебёнкой. Для сводов потребовалось около 100 тысяч таких горшков. Горшечные своды улучшают акустику храма, защищают от холода и значительно легче кирпичных сводов.

Чердак Исаакиевского собора

Золочение куполов собора в 1838—1841 годах проводилось методом огневого золочения, парами ртути отравились и умерли 60 мастеров.

Купол Исаакия сверху и снизу, снаружи и внутри Исаакиевский собор в лесах, огражденный забором. Литография. 1845 г.

Всего же в строительстве собора приняло участие 400 000 рабочих — государственных и крепостных крестьян. Судя по документам того времени, около четверти из них умерло от болезней или погибло в результате несчастных случаев.

Подъем креста на главный купол собора. Литография Адама по рисунку Монферрана. 1845 г.

Строительство Исаакиевского собора стало своеобразной практической академией отечественной архитектуры, где испытывались новые материалы, новые конструктивные приёмы, изучались и применялись проектировочные и строительные методы. Так, следуя примеру Монферрана, русские зодчие начали широко применять в строительстве металлические конструкции.

Исаакиевский собор. Литография по рис. О. Монферрана

Интересно что на литографии видны ангелы на портике Исаакия, хотя изначально, по проекту их там устанавливать не планировалось. Но Монферран наверное видел собор только с ними.

Торжественное освящение собора состоялось в 1858 году, 30 мая, в день памяти преподобного Исаакия Далматского, в присутствии императора Александра II и иных членов императорской семьи. Были выстроены войска, которых император приветствовал перед началом чина освящения, которое возглавил митрополит Новгородский и С.-Петербургский Григорий (Постников). На Петровской и Исаакиевской площадях были устроены трибуны для народа; соседние улицы и крыши ближайших домов были переполнены людьми.

Исаакий не принадлежал церкви! Он принадлежал государству! Даже священники там служили и были на государственном окладе.

Огюст Монферран скончался через месяц после освящения Исаакиевского собора. Таинственная смерть архитектора, к тому же, смерть предсказанная, дала пищу для самых фантастических догадок и слухов, по легенде во время торжественного освящения собора, один из приближенных Александра II обратил внимание царя на скульптурную группу святых на фронтоне храма. В ней присутствовала скульптура самого Монферрана с моделью собора в руках.

Здесь Монферран оставил своеобразный автопортрет, изобразив себя среди группы святых и своих современников с макетом собора в обнимку. Причём, все персонажи склонили голову, приветствуя Святого Исаакия Далматского, и лишь Монферран держит голову прямо. Изобразить себя в подобном окружении само по себе было довольно дерзким шагом. Александр ничего не сказал Монферрану, но, проходя мимо, руки не подал и не поблагодарил. Зодчий сильно расстроился, от расстройства заболел и умер.

Были и другие легенды, будто какой-то блаженный предсказал, что Монферран умрет, когда собор будет достроен, и поэтому архитектор медлит с завершением строительства. Освящение храма состоялось в 1858 году, уже при Александре II. И через месяц Монферрана не стало, предсказание сбылось, впрочем, тогда ему было уже 72 года...

Монферран завещал похоронить его в своём главном детище, Исаакиевском соборе, но Александр это пожелание не одобрил. Поэтому гроб с телом архитектора обнесли вокруг храма, отпели его в костёле Святой Екатерины на Невском, после чего вдова увезла его в Париж.

Источник

Оригинал взят у asaratov в Наташа, давай до свидания! ...
Этот безжалостный текст был опубликован на сайте Cosmopolitan 7 июня и вызвал такой скандал, что редакция решила его удалить. Но, как известно, Google помнит все...

1.jpg
фото: Артём Трофимов / asaratov.livejournal.com

КРУТО ЗАВЁРНУТО! (+ ОПРОС)Collapse )
Оригинал взят у samsebeskazal в Нью-Йорк 1900 года в цвете
Подборка фотографий Нью-Йорка сделанных по технологии фотохром. Я дал описания и ссылки на то, как эти места выглядят сейчас. Фотохром не цветная фотография, а специальная технология печати при которой с черно-белого негатива изготавливают несколько литографских печатных форм. В результате изображение получается цветным, но не очень натуральным и немного похожим на акварельный рисунок.

1. Стирка в начале недели. Белье вывешенное на веревках на заднем дворе многоквартирного дома. Это место сегодня.
A Monday Washing, New York, New York - Year 1900

Read more...Collapse )
Оригинал взят у proben в Другой СССР, который мы (к счастью) потеряли ...
Оригинал взят у vagabondo_str в СССР, который мы потеряли ...
Originally posted by vagabondo_str at СССР, который мы потеряли ...
Originally posted by asaratov at СССР, который мы потеряли ...
Как известно, СССР был "впереди планеты всей" не только в области балета и космических ракет. Предлагаю вашему вниманию перечень еще нескольких сфер жизни, в которых Советский Союз долгие годы уверенно занимал лидирующие позиции.

СССР, который мы потеряли

        СМОТРЕТЬCollapse )
Оригинал взят у masterok в Кладбище на Эвересте (не рекомендуется просмотр впечатлительным)


А помните мы обсуждали КРАСИВЫЙ ПОСТ ПРО ВЕРШИНУ МИРА ?


Вы наверное обратили внимание на такую информацию, что Эверест — это, в полном смысле слова, гора смерти. Штурмуя эту высоту, альпинист знает, что у него есть шанс не вернуться. Гибель могут вызвать недостаток кислорода, сердечная недостаточность, обморожения или травмы. К смерти приводят и роковые случайности, вроде замерзшего клапана кислородного баллона. Более того: путь к вершине настолько сложен, что, как сказал один из участников российской гималайской экспедиции Александр Абрамов, «на высоте более 8000 метров нельзя позволить себе роскошь морали. Выше 8000 метров ты полностью занят собой, и в таких экстремальных условиях у тебя нет лишних сил, чтобы помогать товарищу». В конце поста будет видео на эту тему.


Трагедия, случившаяся на Эвересте в мае 2006 года, потрясла весь мир: мимо медленно замерзавшего англичанина Дэвида Шарпа безучастно прошли 42 альпиниста, но никто не помог ему. Одними из них были телевизионщики канала «Discovery», которые попытались взять интервью у умирающего и, сфотографировав его, оставили одного…


А теперь читателям С КРЕПКИМИ НЕРВАМИ можно посмотреть как выглядит кладбище на вершине мира.


Читать запись полностью »Collapse )


Никому это не напомнило про Варанаси - город мертвых? Ну а если вернуться все таки от ужасов к красоте, то посмотрите на Одинокую вершину Mont Aiguille




Оригинал статьи находится на сайте ИнфоГлаз.рф Ссылка на статью, с которой сделана эта копия - http://infoglaz.ru/?p=18080

TRON Dance

Оригинал взят у zlidnya_anya в TRON Dance
Смотреть в максимальном качестве и на весь экран!

Чувство сильнее страха

Оригинал взят у sapronau в Чувство сильнее страха
Любовь, приключения и шпионаж — коктейль из этих ингредиентов представил вниманию читающей публики известный французский писатель Марк Леви в своей последней книге “Un Sentiment plus fort que la peur” ("Чувство сильнее страха"), и коктейль этот, по утверждению критиков, пьется легко. В принципе, ничего нового – современный “литературный продукт” на две трети состоит из сюжетов, построенных с использованием этой гремучей смеси. Тем не менее, Марку удалось в очередной (четырнадцатый!) раз завлечь читателя своей историей, потому что писатель он все-таки талантливый и рассказчик неплохой, хотя и держится вот уже два года на второй – за Гийомом Мюссо – позиции.

Mark

Итак, 2011 год, Альпы, двое альпинистов – молодая и красивая американка Сюзи Бейкер и ее проводник Шамир – штурмуют предгорья Монблана. Провалившись в расщелину, они обнаруживают самолет, разбившийся здесь в 1966 году. Пытаясь выбраться наружу, влюбленный Шамир прибегает к единственному возможному способу спасти девушку – перерезает связывающую их веревку, ценой своей жизни вызволяя Сюзен из ловушки. Бедняга, он так и не узнал, с кем свела его судьба, за кем он потащился из Балтимора в Альпы и жертвой какой авантюры ему пришлось поневоле стать.

В салоне разбившегося самолета Сьюзен находит письмо, и по возвращению в США она продолжает расследование, пытаясь привлечь в союзники Эндрю Стилмена, журналиста Нью-Йорк Таймс (персонаж предыдущего романа Марка Леви "Si c'était à refaire", вышедшего в русском переводе под названием "Уйти, чтобы вернуться"). С его помощью она рассчитывает доказать, что ее бабушка, убитая в шестидесятых годах американской секретной службой, не шпионила в пользу СССР. Сюжет развивается стремительно, забрасывая главных героев в разные страны и даже на Северный полюс.

Как всегда, живой язык и отточеный стиль Марка Леви позволяют читать книгу на одном дыхании, но, правда, есть и минус – критики отмечают огромное количество диалогов, которые делают текст похожим скорее на сценарий, чем на художественное произведение. Хотя это вряд ли можно считать недостатком, ведь новый роман Марка Леви так и просится на экран, и успех ему гарантирован, поскольку в нем изначально присутствуют все основные компоненты кассового фильма: любовь, приключения и шпионаж.

Трапани, Сицилия

Оригинал взят у mclaren2000 в Трапани, Сицилия
Трапани - 70-тысячный город в ста километрах от Палермо, на самом западе Сицилии. Туристическим городом Трапани вообщем-то не назовешь, в одноименной провинции куда популярнее такие места, как Эриче, Седжеста или Фавиньяна. В Трапани есть международный аэропорт, в основном обслуживающий Ryanair, крупный морской порт, в Трапани происходит действие сериала "Спрут".


Read more...Collapse )